Далёкий паладин

Уилл помнит то, чего с ним не случалось. Обрывки чужой жизни, чужие лица, чужую смерть. Задолго до того, как он научился говорить, эти вспышки уже сидели у него в голове, и он молчал о них годами. А ещё его вырастили мертвецы. Скелет с мечом по имени Блад, мумия Мэри, которая читает молитвы над миской похлёбки, и старый чародей Гас, вечно бормочущий под нос что-то про звёзды. Город вокруг них лежит в руинах, трава проросла сквозь плиты, и никто из троих не спешит объяснять, почему они вообще подобрали живого ребёнка.

Уилл тренируется, читает, варит еду и потихоньку понимает: его опекуны чего-то боятся. Не за себя. За него. Стоит завести разговор о прошлом, как Блад уходит точить клинок, а Мэри начинает поправлять свечи. Обещали рассказать, когда придёт срок. Срок всё ближе, потому что парню пора уходить из руин, а мир снаружи не ждёт: там до сих пор ходят боги, которые когда-то стёрли этот город с лица земли. Кто-то из них милосерден, кто-то давно рехнулся, и разница между ними видна не сразу.

Остаётся один вопрос. Если Уилл всё-таки выйдет за ворота, он встретит своих настоящих родителей или то, что от них осталось?