Героиня? Святая? Нет, я всемогущая горничная (И горжусь этим)!

Дворянский титул, приёмы, толпа женихов. Селести всё это вежливо сплавляет в чулан и берёт псевдоним, потому что мечтает о другом: сделаться лучшей горничной королевства. Звучит как блажь, но девушка не шутит. Она сама не рада, что родилась внебрачной дочерью графского наследника и служанки, так что дорогу в высший свет ей никто не стелет. И вот она стучится в обветшалое поместье Люцианы Руттлберг, где крыша течёт, кладовки пустые, а хозяйка едва дотягивает до следующей недели.

Дальше начинается та часть, ради которой я и советую тайтл. Селести берётся за всё подряд: латает стены, колдует над скудным набором продуктов так, что столичные повара удавились бы от зависти, а по вечерам уходит в лес с луком и возвращается с добычей. Полуразвалившийся дом потихоньку оживает. И только зритель понимает то, чего не видит сама героиня: она угодила внутрь отомэ-игры, где ей уготована роль могущественной святой. Все сюжетные линии тянутся к ней, а она упорно драит полы.

Конфликт тут не про битвы и не про спасение мира. Он про то, что делать, когда судьба орёт в ухо одно, а ты хочешь совсем другое. Селести не собирается меняться ради чужого сценария. Но надолго ли хватит этого упрямства, если игра уже начала подкидывать ей встречи, которых она не заказывала?