Запястье начинает светиться в самый неподходящий момент. Не в бою, не на тренировке, а когда на тебя с ножом идёт мужик в плаще, и ты понимаешь, что под тканью у него не мышцы, а гидравлика и щупальца. Масанэ Амаха в этот момент думает не о спасении мира. Она думает, успеет ли забрать Рихоко из школы, если её сейчас разорвут на части. Не успела бы. Поэтому рука сама меняет форму, покрывается бронёй, вытягивается в клинок, и от врага остаётся мокрое место на асфальте. Победа? Скорее новая проблема. Потому что теперь её ищут не только органы опеки, которые давно точат зуб на мать-одиночку, но и все, кому нужно оружие.

А оружие с характером. Клинок Ведьм не достаётся первому встречному. Он выбирает женщин, даёт чудовищную мощь, но берёт взамен здоровье и время. Каждый раз, когда броня срастается с телом, Масанэ теряет часть себя. И вокруг неё сразу закручиваются корпорации, спецслужбы, сектанты с горящими глазами. Кто-то хочет заполучить клинок, кто-то мечтает его уничтожить, а кто-то просто хочет убрать носителя, чтобы оружие перешло к следующей. Рихоко, кстати, видит то, что не видят взрослые дяди с радарами. Она не боится матери в броне. Тянется к ней, как будто это просто мама в неудобном костюме.

Драки здесь злые, кровь хлещет, но держит другое. Как объяснить ребёнку, что ты монстр только для тех, кто хочет тебя убить? И сколько ещё раз можно надеть эту броню, прежде чем она перестанет сниматься?