Летящее время: Токийская станция

Часы её отца остановились много лет назад, но Мисаки всё равно носит их в кармане куртки. Перед свадьбой, разбирая коробки, она находит снимок: Токийская станция, платформа, отец смеётся в объектив. Такого лица она не помнит. Дома он был молчаливым, резким, вечно уставшим. А тут стоит, прищурился, будто только что рассказал кому-то хорошую шутку.

Дальше начинается странное. Мисаки идёт по следу мастерской, которая чинила эти часы. Ей говорят: да, был такой уголок на станции, между путями, куда пассажиры не заглядывают. Люди, которые там работали, знали её отца совсем другим человеком. И с каждым разговором картинка в голове трещит. Не потому что он был плохим. Потому что он был живым, а она этого не застала.

Вот тут и втыкается главный вопрос. Можно оставить часы сломанными, выйти замуж и не трогать прошлое. А можно копать дальше, рискуя поссориться с матерью, разбередить родню и услышать то, что не хочется. Механизм идёт туго, детали скрипят, и каждая из них тянет за собой чью-то чужую память. Что она выберет, когда стрелки наконец дрогнут?