Поезд трогается сам. Без машиниста, без сигнала. Хару и Тамо просто забираются внутрь, чтобы переждать дождь, а состав вдруг дергается и набирает скорость. Снаружи проплывают станции, которых нет ни на одной карте. Названия стерты, платформы пусты, но рельсы тянутся дальше, будто кто-то специально проложил их именно для этих двоих.

Дальше хуже. Тамо замечает, что еда в вагоне не кончается, вода в бутылке всегда на одном уровне, а за окном иногда мелькает одно и то же дерево. Хару отмахивается: мол, показалось. Но когда они находят в тамбуре чужие вещи, старые фотографии и детские рисунки, становится ясно: поезд возил кого-то до них. И, возможно, везет не в первый раз.

Дальше начинается главное. Хару хочет дойти до конечной, чего бы это ни стоило. Тамо хочет дернуть стоп-кран и вернуться. Они впервые ссорятся по-настоящему, и в этом споре всплывает то, о чем обе молчали годами. Поезд не останавливается. Он вообще никого не спрашивает.

Так кто же ведет этот состав и почему он выбрал именно их?