Самурай-гимнаст

Его выгнали из зала, а он пошёл на завод. Точнее, попытался: 29 лет, позвоночник в хлам, жена и сын, тренер прямым текстом говорит, что потолок достигнут. Дзётаро Арагаки кивает, снимает майку и идёт искать нормальную работу. Только вот гимнастика из головы так просто не выветривается. Руки сами тянутся к перекладине в парке, тело вспоминает комбинации, которые уже никому не нужны.

А потом звонит телефон. Старик Амакуса, тот самый, что отправил его на пенсию, вдруг предлагает вернуться. Не в сборную. Во что-то другое, странное, где его навыки оказываются к месту, хотя логики в этом ноль. Тут и начинается самое интересное: Дзётаро разрывается между семьёй, которая устала от его вечных тренировок, и шансом доказать, что он ещё что-то может. Тренер что-то недоговаривает. Жена смотрит с таким лицом, будто уже всё решила.

Конфликт не в медалях. Он в том, как жить дальше, когда ты всю жизнь был функцией, а теперь стал просто человеком. И вроде бы всё понятно, только вопрос остаётся: он правда вернулся в спорт или нашёл там совсем другое?