Соседнему королевству продали святую, помолвку которой разорвали из-за того, что она стала слишком совершенной

Принц расторг помолвку не из-за скандала или измены. Просто его невеста оказалась чересчур идеальной. Филия с детства была святой: давила тьму, решала проблемы быстрее всех, никогда не уставала и не жаловалась. Ни улыбки, ни слёз, ни просьб о помощи. Такая безупречность пугала. Родня считала её бессердечной, люди обходили стороной, а Юлий выбрал младшую сестру Мию. Та хоть смеяться умеет.

А потом Филию отправили в Парнакорту. Как товар. Она не спорила: привыкла, что её передают из рук в руки. Но там всё пошло не по сценарию. Её не боялись и не избегали. С ней говорили, спорили, звали на ужин. Никто не считал, сколько тварей она завалила. Замечали другое: как она хмурится над книгой, как прячет улыбку, как впервые не знает, что делать.

Главная заноза не в монстрах и не в политике. Филия разучилась быть живой. Идеальность стала бронёй, которую никто не пробовал снять. А в Парнакорте, кажется, готовы подождать, пока она сама её снимет. Только что будет, когда святая, привыкшая всё контролировать, впервые в жизни испугается?