Печать императора крадут, но это полбеды. Беда в том, что она дает носителю огненную руку, а значит, любой, кто её заполучит, становится ходячим оружием. Лю Сюн из древнего рода, который веками сторожил эту штуку, отправляется в путь. Находит вора. Тот уже мертв, а печать уплыла дальше по чьим-то ловким рукам.

Дальше начинается настоящая мешанина. Те, кому Лю Сюн верил, вдруг оказываются по другую сторону. Незнакомцы лезут помогать, и непонятно зачем. Он дерется, теряет людей, снова дерется. А огонь внутри просыпается сам, когда хочет. Жжет всех подряд, не спрашивая, свой перед тобой или чужой. И с каждым разом все труднее вспомнить, кто ты без этой силы.

Кто-то очень аккуратно стравливает кланы, и печать тут вроде приманки на большой охоте. Лю Сюн это понимает поздно. Теперь он в чужой игре, где на кону не трон, а выживут ли его близкие. Остановить бойню можно, только отказавшись от того, ради чего его семья жила столетиями. Но что останется от него самого, если он это сделает?