Там нет другого

Дзёдзи Эма считает милые вещи. Буквально: увидел что-то симпатичное, щёлкнул в голове счётчик. В школе для мальчиков разгуляться особо негде, так что единственный источник радости у него один: одноклассник Хаяси. После случая на спортивном празднике этот самый Хаяси начинает ходить за Эмой хвостом и с завидной регулярностью интересоваться, милый ли он. Не намёками, не взглядами. Прямым текстом. Эма сначала офигевает от такой наглости, потом привыкает, а потом уже сам не замечает, как его начинает тянуть к этому странному парню.

У Мэдаки всё с точностью до наоборот. Посадили за Никайдо, а про того легенды ходят: мол, проклинает всех, кто ему не по душе. Мэдака не из пугливых, решает подружиться. Подкатывает так и эдак, шутит, заговаривает. Никайдо молчит и смотрит волком. Когда Мэдака уже готов плюнуть на эту затею, вдруг выясняется: за жуткой репутацией прячется совсем не монстр. Может, даже кто-то, кому самому нужна помощь.

Две истории идут параллельно, пересекаются в мелочах, в школьных коридорах, в случайных взглядах. Эма разбирается, что вообще происходит с Хаяси. Мэдака копает под маску Никайдо. Оба ошибаются, оба тыкаются вслепую. А что если за навязчивостью и мрачностью скрывается одно и то же чувство, которое они оба боятся назвать?