Аниме в жанре «Боевые искусства» — страница 24

Парень в кимоно выходит на татами, раскидывает своих же соклубников, потом укладывает сенсея и молча уходит. Не из-за травмы, не из-за ссоры. Просто стало неинтересно. Сила есть, а девать её некуда. А потом выясняется, что за ним уже давно наблюдают. Не тренеры, не скауты. Кто-то постарше и пострашнее, из тех, кому такое тело нужно для своих дел. И вот тут школа превращается в декорацию: за стенами спортзала свои разборки, свои правила, и Рики в них влезает по самую шею. Демоны, одержимость, кро…

После разгрома от Шина и потери Юрии Кэнсиро пропадает. Не уходит в изгнание, не ищет мести. Просто перестаёт быть собой. Перед нами отрезок между тем поражением и первой главой манги, о котором обычно молчат. Заключительная часть пенталогии, где герой ещё не тот человек, каким мы привыкли его видеть. Что возвращает бойца, потерявшего всё?

Пожирающий Талисман Предков не валяется на дороге. Линь Дун Линь лезет за ним в руины Великих Пустошей, где каждый камень дышит древностью, а воздух пропитан пылью и опасностью. Он не геройствует, просто пашет. День за днём, удар за ударом, пока тело не начинает слушаться, а дыхание не становится ровнее. Всё ради одного момента. А потом объявляют клановое состязание. На арене напротив него встаёт Линь Лантянь. Гений клана. Тот, кто сделал отца Линь Дуна калекой и не постеснялся унизить самого па…

Врата Небесного Демона. Злой Дух. Ассоциация по истреблению демонов. Столько громких имён на одну область Дунин, и ни одно не появляется просто так. Городские стражи Юаньчу тоже в этом списке, хотя казалось бы, при чём тут они. После крупного сражения в Дунине остались не только обломки. Мэн Чуань Мэн ещё не ступил на гору Юаньчу, а значит, часть истории всё ещё может вылезти наружу. Кто с кем на самом деле враждовал и что именно не договорили победители?

Ночь, когда над девятью провинциями полыхнуло так, что старики до сих пор крестятся, давно прошла. Про неё забыли, списали на знамение, на пьяный бред, на что угодно. А потом в школе Лазурного Дракона объявился парень, у которого под кожей сидит громовой зверь. Не метафора. Зверь настоящий, один из девяти, и он не собирается тихо сидеть внутри. Чу Фэн Чу, обычный внешний ученик, тот, кому всегда доставались худшие тренировочные площадки и презрительные взгляды, вдруг стал тем, кого лучше обходит…

Снег, тихая улица, мальчишка лет семи тащит на плече мешок с рисом. Через минуту он уже лежит на земле, а над ним стоит взрослый мужик с палкой. Так нас знакомят с Хадзуки Рё: не с трагедии, а с обычного дня, где будущего мстителя бьют за то, что он просто шёл мимо. А потом в семейном додзё появляется человек в чёрном, и отец падает замертво. Рё не кричит, не плачет. Он запоминает лицо. Дальше вместо привычной истории про месть начинается какая-то кривая дорога. Япония, Гонконг, портовые склады,…

Девять императоров правят каждый своим куском реальности, и им плевать друг на друга. Пока снаружи демоны точат клыки на людской мир, внутри своя грызня: небожители, бессмертные, смертные делят территорию и не замечают, что стена вот-вот рухнет. Главный герой влезает в это не ради славы. Просто обстоятельства сложились так, что отсидеться не выйдет. А потом выясняется гадость: те, кто называет себя союзником, уже продали его трижды. Кто-то ведёт свою игру, кто-то просто выживает и сдаёт всех по…

Дети, согнанные на строительство пирамиды. Не метафора, а вполне себе каменная махина посреди пустоши, где надсмотрщики щёлкают плетьми, а ребятня таскает блоки под палящим солнцем. Линн видит это первой и, естественно, лезет разбираться. Кэнсиро идёт следом, потому что иначе и быть не могло. А потом всплывает имя заказчика. Рао. Брат, с которым они когда-то стояли в одном додзё и повторяли одни и те же удары. Токи выбрал лечить. Рао решил, что хаос можно остановить только кулаком и железом. Пир…