Недотрога

Умирающий якудза коротает пожизненный срок в камере, и единственный, кто с ним разговаривает, это цветок. Торчит себе из банки от томатного супа, язвит, подкалывает, не даёт старику Акуцу спокойно отойти. Зовут его Недотрога, и он явно не так прост, как хочет казаться.

А потом наступает ночь, когда болтовня цветка вытаскивает наружу то, что Акуцу старательно закапывал. Лето восемьдесят шестого. Женщина по имени Нана, младше его на шесть лет. Её сын Кейсукэ. Развалюха вместо дома и сад, где растут мимозы. Цветок видел каждую сцену, каждую ссору и каждое молчание той поры, и теперь пересказывает их по-своему. Без жалости, с ехидством, но и с какой-то странной тоской.

Прошлое не растворяется вместе с человеком. Долги, имена, чужие обиды висят в воздухе даже тогда, когда дышать остаётся всё меньше. И чем больше Недотрога говорит, тем яснее становится: он знает куда больше, чем готов выдать. Так откуда он взялся в этой камере и чью историю на самом деле рассказывает?