Пластиковые воспоминания

Представь: контора, где тебе выдают напарника, который через пару лет просто перестанет существовать. Не умрёт, не уедет. Сломается, как старый телефон. Именно такую работу получает Цукаса: пацан завалил вступительные из-за вырезанного аппендикса, но папины знакомства пристроили его в отдел, который отбирает у людей андроидов. Гифтии выглядят как мы, смеются, обижаются, помнят твой день рождения. А потом их срок выходит, и владельцы должны сдать их обратно, пока те не начали глючить.

Напарница Цукасы, Айла, сама из таких. Белые волосы, ровный голос, привычка молча схватить тебя за руку и куда-то потащить. Первые выезды бьют по голове: дед не отдаёт робота, который заменил ему умершую внучку, женщина умоляет дать ещё хоть день. Айла улыбается клиентам и делает свою работу. Только вот её собственный срок тоже подходит к концу, и узнаёт об этом Цукаса случайно. Никто не удосужился сказать. Он злится, потом начинает таскать её по кафе и паркам, покупать ей всякую чепуху. Делает вид, что просто хороший коллега. Она делает вид, что верит.

Тут нет восстания машин и погонь. Есть два человека, один из которых точно знает дату, когда всё оборвётся. Айла с рождения уверена: её сделали для работы, и тратить на неё время глупо. Цукаса не может смириться с тем, что кто-то исчезнет по расписанию. Они идут к финалу, который оба уже прочитали в документах. Что мучительнее: стереть человека из памяти или держать его там, зная, чем всё кончится?