Сёва-Гэнроку: Двойное самоубийство по ракуго

Сидя за решёткой, Ётаро случайно наткнулся на радиопередачу, где старик по имени Якумо рассказывал жутковатую историю про синигами. Эта вещь его просто перевернула. Он вышел на свободу и сразу пошёл к мастеру проситься в ученики, хотя тот никогда и никого не брал. И надо же, Якумо согласился. Поселил бывшего зэка у себя, стал учить ремеслу. Казалось бы, живи и радуйся.

Но в доме живёт Конацу. Молодая женщина с таким взглядом, будто она всё про всех знает. Ётаро быстро смекает: тут замешано какое-то старое дело. Есть погибший отец Конацу, есть обрывки разговоров, есть недосказанность между учителем и его окружением. За ужином повисает такая тишина, что хоть ложку грызи.

Парень рвётся на сцену, хочет рассказывать, дышать этим искусством. Только чем ближе он к Якумо, тем яснее: старик что-то скрывает. И Конацу смотрит на Ётаро так, словно он должен кому-то за что-то заплатить. Что за долг висит на этом доме и кто первым его потребует?