Парня отправляют в спасательный отряд, хотя он рвался в истребители. Обидно? Ещё как. Вместо скорости и манёвров будни забиты тренировками, разносами от начальства и бесконечными вылетами к туристам, которые полезли в горы без головы. Кадзухиро злится, смотрит на ветеранов как на неудачников и почти собрал вещи.

А потом случается вылет, после которого хочется просто сидеть и молчать. Вертолёт, скалы, чужие руки, которые уже ничем не поможешь. Тут и вылезает главная беда: напарник, опытный и жёсткий мужик, сам еле держится. Старая травма, которую он прячет от всех. И когда счёт идёт на минуты, Кадзухиро понимает, что доверять придётся не приборам и не приказам, а человеку, который может сломаться в любой момент.

Работа спасателя не про геройство. Это про то, что ты делаешь, когда трясутся руки. Про умение заткнуться и слушать. Про выбор между «я хочу» и «надо». И вот вопрос: если следующий сигнал бедствия придёт ночью и в шторм, кто полетит первым?